Translate

Follow by Email

пятница, 24 июля 2020 г.

История против настоящего?

Парадоксально, но именно такую трактовку судьбы исторического центра Кишинёва, нашего родного и многострадального города, предлагают нам многочисленные чиновники и самоуполномоченные «гражданские активисты»...

Долгая и многострадальная тема исторического наследия Кишинёва снова стала хитом политических спекуляций и торга.

Что подразумевают под «историческим наследием» Кишинёва те, кто регулярно «борются» за его сохранение? А что под этим подразумевали их предшественники? А что мы имеем в реальности? А что кроме высокопарных слов было сделано, делается и будет сделано для исторического наследия?

Предлагаю краткую ретроспективу... Естественно, индивидуальную и не претендующую на абсолютную и непогрешимую истину.

Кишинёв, как город, который мы знаем сегодня начал активное развитие в 18-м веке. После очередного сожжения татарами. На рубеже 18-го и 19-го веков началось формирование ядра архитектурного наследия «верхней части» города. До тех пор капитальное историческое наследие города было представлено, преимущественно, культовыми строениями и объектами, расположенными в пойме реки Бык. Структура «верхнего города», как известно, сформировалась под влиянием структуры римского военного лагеря, благополучно перекочевавшего в планировочные структуры многих городов России, которая в указанный период оказывала основное влияние на Бессарабскую губернию. Плановая застройка города началась примерно в 1818 году. По плану Озмидова. И получила развитие в генеральном плане развития Кишинёва 1834 года, по которому Кишинёв развивался до 1949 года. История? История. Воплощённая в конкретной планировочной структуре исторического центра. Декуманос-Кардо. Система перпендикулярных улиц, разбивающая центр на квадраты — кварталы. Эта важная историческая особенность нашла признание потомков в придании исторической планировочной структуре центра города статуса памятника. Это о «хорошем».

Теперь о плохом... О «Благодарных потомках» и спекуляциях.

В послевоенный период центр города жил сложной, но активной жизнью. В 1945-1947 годах был разработан новый Ген. План развития Кишинёва при участии Алексея Щусева. Отдельные зоны городской застройки подверглись «реновации». По вполне объяснимым мотивам. Новая структура общественных потребностей не могла уместиться в историческом городе. Однако, даже идеологическое обновление не толкнуло новое общество на полное уничтожение значимых, «символьных» объектов. Да, купол центрального собора был понижен, чтобы не конкурировать с аркой победы и зданием дома правительства. Да, к сожалению, центральная соборная колокольня была снесена. Да, многие объекты культа были упразднены и сменили назначение. Но, по большому счёту, Советская власть, озабоченная срочностью строительства для сфер науки, образования, промышленности и жилья, не могла разбираться с «историческим центром» и сосредотачивала инвестиции в переферийных жилых и промышленных районах — Ботанике, Рышкановке, Буюканах. Работа с «историческим наследием» требовала средств и Советская власть реставрировала старые здания с учётом возможности их адаптации к текущим хозяйственным и идеологическим нуждам. С учётом относительно непродолжительной истории Кишинёва в союзном масштабе, это было вполне понятно. Без крайней необходимости значимые объекты не сносились. По возможности, они поддерживались. Это известно всем студентам — архитекторам, которые имели довольно просторную ниву обмерной практики исторических объектов.

Грянули лихие девяностые. Период после распада СССР, который, по большому счёту, не окончился и сегодня.
Историческое наследие не избежало «великой капиталистической революции», в которой деньги решают всё. Именно этому периоду мы обязаны формированием нового отношения к истории и её наследию. Тотальный нигилизм и «до основания, а затем...» стал безусловным девизом «новой жизни». «Офис в центре» - идефикс «нового молдавского» бизнеса. Вагонка и стеклопакеты — атрибуты новой «архитектурной философии». Огромное количество исторических памятников пало жертвами этой волны. Утрачивание роли государства и возвышение роли чиновничьего класса, как «решал», обеспечивающих «новый экономический порядок» видимостью законности, стало определяющими факторами в судьбе остатков исторического наследия, переживших советский период. Именно этот период стал наиболее разрушительным для исторического наследия города. Любые документы легко «исчезали» в зелёной пыли «новой экономической политики». На их месте возникали новые, движимые теми же стимулами. Новое чиновничество быстро сориентировалось и сообразило, что статус «исторического памятника» - это товар, который можно жертвовать растущим запросам бизнеса за круглые суммы. И любой потенциально «интересный» актив, когда ему придан статус «памятника», становится очень прибыльным субьектом торга. Но и бизнес начал искать «новые формы» решения вопросов. В ответ на растущие аппетиты чиновников, бизнес стал активно применять «новые технологии». Бизнес приобретал исторические здания, за ночь сносил крыши и перекрытия и оставлял здание разрушаться «под воздействием естественных факторов» и под «неусыпным надзором Агенства по охране исторических памятников». Есть случаи, когда по достижении определённой степени разрушения, памятник признавался «непригодным к восстановлению» и утрачивал свой статус «памятника». Конечно, чиновники, поставленные блюсти историческое наследие, «по телефонному звонку» или «абсолютно бескорыстно» обеспечивали лояльность, столь необходимую для снятия статуса «исторического памятника». Есть примеры, когда документация по зданиям памятников таинственным образом исчезала из всех гос. Архивов. После этого перестройки и переделки начинали носить неуправляемый характер. Есть примеры «телефонного права» и «барства». Такие, как снос исторического памятника, располагавшегося перед зданием Минсельхоза за одну ночь. Буквально — памятник нерукотворный Воронину, который до сих пор пытается кичиться своей неповторимой ролью в судьбе молдавской независимости.

А... Про ген. План...Чуть не забыл... Да, был разработан новый Ген. План развития города. Но, странным образом, исторический центр из него был изъят муниципальным советом. Чтобы «было нельзя», но если очень нужно, то «можно». Другого объяснения этому «феномену» я не вижу. Если бы реально была заинтересованность в решении вопроса, прописали бы условия, обсудили бы и приняли. Однако! Более десяти лет чиновники Мин. Культа и Примэрия, взявшись за руки, удивительным образом не смогли определиться с «правилами игры»... Ну конечно, очень удобно создать кучу «комиссий», создать «временные правила» и растянуть всю эту «кумэтрию» на неопределённый период.... Безвозмездно...

Ну, с историей более-менее ясно...

Пора начинать потихоньку анализировать варианты и искать выход...

На сегодняшний день мы имеем характерную ситуацию... Для городов, обладающих хоть каким-то историческим наследием... Главная проблема Кишинёва заключается в том, что исторический центр города совпадает с деловым. Именно этот конфликт является ключевым. История диктует требование консервации и реставрации. Деловые функции требуют развития и адаптации городской среды к новым реалиям. Получаем парадокс. На одной и той же территории, в одно и то же время мы должны одновременно сохранять и реставрировать историческое наследие и развивать деловые функции административного и делового центра города, который находится на этой же территории. Что, никто за столько лет не осмелился откровенно обрисовать этот выбор? По недомыслию? Или злой умысел? Да! Все административные и деловые функции Республики и города сосредоточены в центре Кишинёва. И основные потоки деловой активности сосредоточены здесь же! И история сосредоточена здесь! Если попытаться обрисовать эту ситуацию художественно, то в лесу опавшие листья исторического наследия не дают прорости новым росткам деловой активности... То есть как не дают... Официально... Но фактически... Деньги решают. Вот именно от этой политики замалчивания проблемы, возникают «схемы», которые радуют чиновников и будоражат гражданское общество.

Есть ещё один парадокс, вытекающий из первого. В советский период центр был «законсервирован», а районы стремительно росли. В итоге мы получили парадоксальный силуэт города. Центр у нас «провалился», относительно переферийных районов. При нормальном развитии города, силуэт города, органичен как «пульс». Где сосредоточена активность, там высотность максимальная. Поэтому, нормальным является наличие делового центра. Т.е. - «Сити». Только не в Кишинёве. В Кишинёве «пульс» характерный... Провал силуэта. Такие вот «парадоксы».

Ну что. с настоящим ясно... А что в будущем?

Есть пример Одессы, переживающей те же сложности, что и Кишинёв. Историческое наследие так активно «охранялось», что все инвестиции ушли из центра города так как строить в других районах оказалось в 2-3 раза дешевле и быстрее. Как итог, «блюстители исторического наследия», как «собака на сене», высидели разрушающийся исторический центр безо всякой надежды на спасение. Так как объективно, у государства нет денег на качественное содержание и сохранение исторического наследия, а единственную реальную возможность получить финансирование из государственно-частного партнёрства перечеркнули жирным крестом, установив фактически непреодолимые барьеры на пути развития деловой активности в историческом центре. При этом, в период 90-х одесские чиновники не отставали от кишинёвских. Поэтому множество исторических зданий облеплены дикими пристройками.  Так и стоит руинированный исторический центр, Хотим такого сценария?
А ведь мало кто из тех, кто громко кричит о том, что надо всё «взять и запретить», понимает, что город — это не только фасады зданий, но и огромное «наследие» инженерных коммуникаций, находящихся в ветхом состоянии. Кто знает, что до сих пор в историческом «центре» есть здания, в которых отсутствует центральное отопление и канализация? Огромное количество ветхих коммуникаций гораздо опаснее для того самого «исторического наследия», о котором так все любят говорить. А как же эту проблему решать? У государства есть на это средства? У того государства, которое позорно не может приблизить пенсию к прожиточному минимуму. Может быть пора набраться смелости и начать говорить очевидную правду?

Я вижу рациональным следующий выход из сложившейся ситуации:

Прежде всего, исторический центр в 619 Га — это неподъёмный мёртвый груз для городского бюджета.
Амбиции всегда должны иметь под собой экономическую основу. В противном случае — это бессмысленная бравада, обречённая на смерть... Исторического наследия.
Для того, чтобы было чем гордиться, необходима Реальная Рациональная Устойчивая Самодостаточная модель финансирования, сохранения и развития Исторического центра.
Историческое наследие «размазано» на огромной территории и после всех «исторических периодов» часто носит фрагментарный характер. Концентрация сохранившихся памятников на территории верхнего города вцелом выше, чем на территории нижнего города. И если внимательно рассмотреть расположение исторических памятников в квартальной градостроительной структуре, они сконцентроирваны по внешним периметрам кварталов. В центре квартальной застройки, как правило, ценная застройка отсутствует.
Для того, чтобы совместить охрану исторического наследия с актуальным развитием, необходимо выработать эффективную модель развития. Нужно организовать «союз исторического наследия с деньгами». Реальность на сегодня такова, что деньги есть не у государства, а у бизнеса. Значит искать надо там, где они есть.

НЕОБХОДИМО ОТРЕГУЛИРОВАТЬ СИМБИОЗ ДЕЛОВОЙ АКТИВНОСТИ И ОХРАНЫ ИСТОРИЧЕСКОГО НАСЛЕДИЯ.

ЕСЛИ ЭТОГО НЕ СДЕЛАТЬ, БИЗНЕС БУДЕТ ПАЛАЧОМ ИСТОРИЧЕСКОГО НАСЛЕДИЯ, ВМЕСТО ТОГО, ЧТОБЫ СТАТЬ ЕГО СПАСИТЕЛЕМ.

От введения легальной и взвешенной схемы застройки и восстановления центра выиграет, прежде всего, город и его жители. При этом, нашим главным союзником будет бизнес. Либо союз чиновников и бизнеса (как до сих пор), либо союз жителей и бизнеса. Выбор за нами.

Следующие конкретные шаги, на мой взгляд, могут быть реальным механизмом действия:

1) Сократить охраняемую зону с особым режимом до «подъёмного» размера. При этом, безоговорочно сохранить локальную охранную зону всех памятников и историческую уличную структуру.

2) Город может поквартально изымать, выкупать или позволять выкупать внутриквартальные строения и предлагать эффективную внутриквартальную застройку высокой этажности под нужды делового центра. На сегодняшний день город объективно нуждается в офисах класса А+, Гостиницах, Конференц-залах и других сопутствующих деловой активности строениях. При этом, обязательным обременением для застройщиков должно стать финансирование реставрации периметральной застройки квартала и приведение впорядок инженерных сетей квартала.

3) Обязательно в новых комплексах должны решаться вопросы подземных парковок внутри квартала. При этом, расчёт парковочных мест должен производиться с учётом потребности всего квартала и посетителей. Несмотря на многолетние сказки о том, что в центре будет построено несколько многоярусных парковок, эта перспектива туманна по многим причинам: Непонятны источники финансирования, места размещения. А при предлагаемом подходе, эти вопросы лягут на плечи застройщиков. Кроме того, схема с отдельными многоуровневыми парковками всё равно уступит по эффективности локализованным парковкам, которые освободят улицы центра от припаркованного частного автотранспорта, облегчив движение.

4) Высотность внутриквартальной застройки должна быть такой, чтобы она оставалась в «визуальной тени» периметральной застройки. Таким образом, будет сохранён визуальный масштаб исторического центра. Этот принцип «пирамидальной застройки кварталов» предложен не мною. Это недооцененная идея, предложенная, в своё время, архитекторами Гриценко и Лебедевым (бывшим главным архитектором города).

5) На мой взгляд, новая застройка должна быть подчёркнуто современной, чтобы не вводить в заблуждение относительно её исторической ценности и подчеркнуть амплитуду исторического периода периметральной и внутриквартальной застройки. Именно этот принцип положен в основу консервации и реставрации исторического наследия, согласно концепции Венецианской хартии по консервации и реставрации памятников и достопримечательных мест. Вот выдержка из хартии: «Элементы, предназначенные для замены недостающих фрагментов, должны гармонично вписываться в целое и вместе с тем так отличаться от подлинных, чтобы реставрация не фальсифицировала историческую и художественную документальность памятника». Именно этот принцип, транспонированный на бОльший масштаб, успешно применяется во многих городах «старой Европы». Гуляя, скажем, по Будапешту, можно только восторгаться тем, как великолепно сочетается современная архитектура с богатым архитектурным наследием разных исторических периодов. И именно такой пример мне видится достойным.

6) Реализация такого подхода может начинаться как пилотный проект, который обкатается на нескольких кварталах. Если разумно подойти к вопросу, можно привлечь учёных и реставраторов за деньги инвесторов.

Как результат, мы получим восстановленный исторический центр, с сохранением аутентичности сохранившихся зданий, который, действительно, станет привлекательным туристическим объектом и наполненным реальной деловой активностью. Деловая активность, в свою очередь, привлечёт ещё больше финансовых потоков, которые должны способствовать функциональному освоению периметральной застройки. При этом этот процесс может носить как регулируемый характер (с учётом необходимости для Города), так и естественный, связанный с историческим размещением объектов.

В противном случае, я вижу судьбу исторического города весма печальной:

Неопределённость регламента застройки окончательно оттолкнёт инвестиции из центра.
Жёсткие ограничения не дадут возможности реализовать девелоперские проекты на базе активов исторического центра и девелоперы уйдут окончательно из центра.
Экономики государства и города в обозримом будущем не грозят историческому центру золотым дождём инвестиций в реставрацию, поэтому руинирование исторического наследия примет необратимый характер.
Инженерные сети и исторические памятники, с учётом вышеперечисленного, в короткие сроки продолжат интенсивно разрушаться. Многочисленные аварии, прорывы, атмосферное и техногенное воздействие добьют то, что ещё живо.

В общем и целом, вместо «исторического центра», мы получим «мёртвый город».

И главное! Времени на пустую болтовню нет. Пора делать.
Жизнь требует новых решений и если мы сами в кратчайшие сроки не отрегулируем отношения «исторического наследия» и «деловой активности», мы потеряем и то, и другое. Выбор за нами. И не обязательно выбирать между «историей» и «настоящим». В наших силах дать будущее и тому, и другому.

С уважением ко всем Кишинёвцам,
Архитектор Недеогло Денис.

Комментариев нет:

Отправка комментария